Та, которой не скажешь `нет` - Элла Уорнер

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая! До сих пор не могу поверить своим глазам, — восторгалась мать, таща Луизу за собой вверх по лестнице. — Ты просто сияешь!

— Спасибо, мама. Ты тоже великолепна. Beчер был изумительный.

Мать крепче сжала руку дочери и, наклонившись к ее уху, зашептала:

— Эти изумруды просто сказочные и, должно быть, стоят целое состояние.

— Понятия не имею, — обронила Луиза, уловив в голосе матери алчные нотки. — Их покупал Рахим.

— Очевидно, он без ума от тебя, — снисходительно рассмеялась графиня. — Должна сказать, ты удивила меня, связавшись с ним. О, я знаю, что султан невероятно красив и сексуален, но ведь в твоей жизни главными ценностями были любовь и семья. Ты всегда была так постна! Я, признаться, очень огорчалась этому.

Луиза сжала губы, ничего не ответив и мечтая поскорее подняться наверх.

— Полагаю, он покорил тебя, обещая райские кущи. Хочу сказать, он вообще очень щедр, а эти изумруды просто удивительны. Что еще он подарил тебе из драгоценностей?

У Луизы потемнело в глазах. Такой разговор был ей неприятен.

— Мама, я с Рахимом потому, что люблю его.

— Конечно, дорогая, это так. — Мать снова сжала ей руку. — Но тебе следует знать, что самая великая на свете любовь не продолжается вечно. Так произойдет и с вами. Даже если он женится на тебе.

Луиза вздрогнула: она никогда не задумывалась над этим. Но если они любят друг друга, разве их свадьба не была бы естественным завершением? Она не могла представить свою дальнейшую жизнь без Рахима.

— Ты не понимаешь, мама, — досадливо ответила она.

— Луиза, ты не можешь утверждать, что он женится на тебе, — последовало категоричное возражение. — Абу-ль-Рахим ас-Сандалани — султан. Он только внешне американец, на самом деле он принадлежит другому миру, другой культуре. Он мусульманин! Ты просто витаешь в облаках, если думаешь иначе. Поверь мне.

Рахим не раз говорил, что никто не может диктовать ему, как жить и что делать. С этой мыслью Луиза вошла в ближайшую комнату для гостей. Спорить с матерью она не собиралась, это было бесполезно. Однако ее молчание лишь подлило масла в огонь.

— Дорогая моя, его независимость, о которой он так любит говорить, — только видимость. Он независим лишь от нашей культуры и наших традиций. И целиком зависим от традиций своей родины. Когда разговор зайдет о браке, он поступит так, как потребуют интересы его страны, а не твои чувства.

Нет, мать ошибалась. Рахим не сделает ничего в угоду своему дяде. Поскольку ответа от дочери так и не последовало, графиня опять перешла в наступление.

— Правда заключается в том, что ты не единственная женщина в жизни Рахима. Все они приходили и уходили. Говорят, что, пока они жили с ним, он проявлял чрезвычайную щедрость. Таковы правила подобных отношений, Луиза.

— С другими, возможно, было так. Но не со мной, — яростно возразила она, не желая допускать даже тени сомнения. Да, ему нравится быть щедрым и покупать дорогие подарки. Но это не значит, что он относится к ней так же, как к прежним своим любовницам.

— О, Луиза... — Мать в отчаянии покачала головой. — Почему ты считаешь себя какой-то особенной?

Потому что это так и есть! Это десятки раз повторял ей Рахим. Ни одна женщина не прикасалась к нему так, как она, и ни к кому он не был так привязан, как к ней. Вполне возможно, что для ее матери все эти доводы покажутся неубедительными.

— Мама, извини, но мне нужно в ванную, — поспешно сказала Луиза, намереваясь поступить соответственно заявлению.

— Если Рахим действительно настроен серьезно в отношении тебя, а не просто затеял очередной увеселительный роман, то почему, как ты думаешь, он купил тебе эти изумруды?

Такой прямой вопрос был для Луизы как нож в сердце. Она вошла в ванную, оставив его без ответа, всем своим видом показывая, что он ее не волнует. Но она могла отгородиться от матери дверью. А как теперь защититься от собственных мыслей? Почему Рахим так настойчиво хотел купить ей все эти вещи и уговорил ее принять их? Она же убеждала его, что ей ничего не надо. Но он все-таки настоял на своем. Неужели он сделал это потому, что не хотел оставлять ее ни с чем... когда они расстанутся? Нет... Нет! Луиза не верила в это. Султан объяснил ей истинную причину: чтобы она чувствовала себя уверенно.

Тогда почему у нее накануне возникали ощущения, что она — куртизанка?

Все! Пора остановиться, чтобы не сойти с ума. Надо вспомнить дорогу сюда. Рахим любит ее, по-настоящему любит. Глупо было выслушать свою мать и в результате усомниться в его чувствах. Она же знала заранее, как ее мать отнесется к султану и к их связи. Рахим ждет внизу, он любит ее, и чем скорее Луиза спустится к нему, тем лучше. Пусть радужное настроение улетучилось на время. Стоит ей посмотреть ему в глаза, и оно вернется. Они вновь будут жить в их необыкновенном мире, их единение нерушимо. Все будет хорошо. Немного успокоившись, Луиза покинула ванную и хотела незаметно спуститься вниз. Не тут-то было. Ее мать нетерпеливо ходила взад и вперед перед дверью.

— Луиза, ради твоего же блага! — Графиня решительно посмотрела на дочь. — На этот раз ты должна меня выслушать.

— Маша пожалуйста, оставь это. Меня ждет Рахим...

— Нет! Я требую у тебя немногого. Ты обязана уделить мне несколько минут!

Понимая, что если она откажется от разговора, то окончательно испортит отношения с матерью, Луиза остановилась. Она внутренне «закрылась», не желая пропускать в себя ничего из того, что та собиралась ей сказать.

— Я знаю, что тебя мало интересуют мои доводы. Но я хочу тебе добра, Луиза. С тобой всегда было нелегко. Ты не простила меня, когда я развелась с твоим отцом, хотя, честно говоря, я не была счастлива с ним. Мы просто не подходили друг другу. У нас были слишком разные интересы и...

— Мама, это все в прошлом, — нетерпеливо перебила Луиза.

— Ты на дух не переносила Джеффри и смотрела на меня с вечным укором, — продолжала та, игнорируя слова дочери. — А я просто хотела быть счастливой. Возможно, это эгоистично с моей стороны. Как бы то ни было... лучшим решением было отправить тебя в колледж.